Если вы проходили мимо здания из красного кирпича напротив Северного вокзала — того самого, где сегодня располагается управление ФСБ по Калининградской области, — то вы, скорее всего, слышали и короткую версию его биографии: «в Кёнигсберге это было здание гестапо». Так звучит городская легенда, которую пересказывают друг другу и жители, и туристы, — и, как почти во всякой городской легенде, здесь есть доля истины.
Правда в том, что в здании полицайпрезидиума тайная государственная полиция — гестапо — с 1933 года действительно располагалась[6][13]. Неправда в том, что началась биография этого дома на сто лет раньше и была куда длиннее и интереснее.
Вот эту длинную и интересную историю вам и предстоит узнать…
«Nummer sicher», или дом возле замка
Одна из старейших улиц города — Юнкерштрассе — тянулась от Мюнцплаца вдоль северного рва замка Кёнигсберг (для ориентира — в Калининграде ей сейчас примерно соответствует ул. Шевченко на отрезке от Ленинского проспекта до поворота на ул. Пролетарскую). Селиться на ней в старину могли лишь придворные, а замостить её герцог Альбрехт в 1544 году велел лично, потому что дорога была «дурной»[2].
К началу XIX века на участке Юнкерштрассе под номером 8 находилась табачная фабрика Даниэля Шиммельпфеннига — наследница королевской табачной монополии, а ещё раньше на этом месте стоял «Двор знати», городской Адельсхоф. От аристократического великолепия в фабричных стенах, по словам Адольфа Бёттихера, уцелела «хорошая лепнина» на потолке первого этажа[2].
Справедливости ради нужно сказать, что сначала на месте Адельсхофа в XVIII веке стояло владение берлинского «монетного еврея» Эфраима, а затем табачная фабрика некоего Бруинвиша — пока в 1766 году её не прибрал к рукам король[1]. Поправить дела казны Фридрих Великий решил, обложив страсти подданных налогом: товары из разряда «наслаждений» — табак и кофе — отныне производились и продавались государством. Отменил монополию «на порок» уже после смерти Старого Фрица его племянник Фридрих Вильгельм II, в декабре 1786-го. И сразу же после отмены на освободившемся дворе открылась фабрика Шиммельпфеннига.

С 1831 года фабрика сменила профиль: в её помещениях поселилось главное управление полиции Кёнигсберга — полицайпрезидиум (Polizeipräsidium)[2]. Кёнигсбержцы — народ ироничный — окрестили здание «нуммер зихер», буквально «надёжный номер», а на жаргоне — карцер, ну или кутузка. Просидели полицейские здесь больше восьмидесяти лет, и работы у них было, как водится, немало. Да и самих их тоже…

«Полицию принято разделять на общую и действующую в отдельных административных районах. К первой относятся уголовная полиция, полиция общественной безопасности, а также службы, занимающиеся предотвращением несчастных случаев, поддержанием общественного порядка и контролем за соблюдением норм нравственности. Ко второй — санитарная, строительная, полиция по делам бедных и другие. Общая полиция находится в подчинении министра внутренних дел.
Уголовная полиция выступает вспомогательным органом прокуратуры: она осуществляет аресты, проводит обыски и налагает арест на имущество. Полиция общественной безопасности призвана защищать общество, личность и собственность. Служба по предотвращению несчастных случаев занимается их предупреждением, а в случае, если они уже произошли — принимает меры по устранению их последствий и минимизации ущерба. В задачи полиции по охране порядка и нравственности входит предотвращение публичных нарушений религиозных норм и общепринятых правил морали; в её ведении также находятся вопросы, касающиеся домашней прислуги и жилищные дела. Санитарная полиция занимается борьбой с инфекционными заболеваниями (посредством таких мер, как введение карантина, обязательное уведомление о случаях заболевания и т. д.), организацией вакцинации, а также осуществляет надзор за чистотой улиц, качеством продуктов питания и прочим. Строительная полиция выдаёт разрешения на новое строительство или перестройку зданий (на основании поданного прошения с приложением необходимых чертежей), следит за правильной планировкой улиц и площадей, а также контролирует ход строительных работ. Полиция по делам бедных призвана, по мере возможности, предотвращать возникновение бедности путём борьбы с её причинами, обеспечивать кровом бездомных, а в неотложных случаях — организовывать оказание помощи нуждающимся. Соответственно, её деятельность направлена на борьбу с нищенством, бродяжничеством, а также с пренебрежением обязанностями по отношению к членам семьи вследствие азартных игр, пьянства или праздности.
В Кёнигсберге, как и в других крупных городах, полицейское управление является государственным (королевским), однако город обязан вносить значительный вклад в его содержание. Структура управления разделена на четыре отдела, за каждым из которых закреплены определённые сферы деятельности. Во главе всего ведомства стоит президент полиции; отдельные отделы, как правило, возглавляют полицейские советники. Город разделён на два инспектората, каждым из которых руководит полицейский инспектор. Кроме того, город разделён на 11 округов, во главе каждого из которых стоит полицейский комиссар; они подчиняются инспекторам. Округи, в свою очередь, делятся на участки, к которым приписаны полицейские (всего 122 человека). В составе криминальной полиции также имеются инспектор криминальной полиции и ряд сотрудников, которые, как правило, не носят форменной одежды.
Ранее служба ночной охраны находилась в ведении городских властей, но с 1 октября 1893 года она перешла в государственное подчинение, а на смену городским ночным сторожам пришли государственные ночные полицейские. В последнее время город содержал 103 ночных сторожа и 7 заместителей старших пожарных, выполнявших функции начальников ночной охраны. Они находились под общим надзором директора пожарной охраны.»[1]
В общем, к концу XIX века полицайпрезидиум на Юнкерштрассе оказался переполнен сотрудниками. В 1894–1895 годах его капитально перестроили: главный корпус, признанный по врачебному заключению вредным для здоровья чиновников, разобрали и выстроили заново, также добавили боковое крыло.

Смета составила 113 300 марок. Руководил работами строительный советник Зиберт[10]. Но и этого хватило ненадолго: к 1910-м чиновники размещались по съёмным помещениям по всему центру Кёнигсберга. Пора было строить новое здание — и не здесь.
На запретной земле
К этому времени Кёнигсберг, задыхавшийся внутри своего вального обвода от тесноты, сделал то, что только и могло позволить ему развиваться дальше — выкупил у военных оборонительные сооружения, возведённые в середине XIX века. Часть крепостного вала была срыта, ров, окружавший город по периметру, местами осушили, двое городских ворот разобрали — и Кёнигсберг выплеснулся за свои средневековые границы — так рождался новый город.

У снесённых Штайндаммских ворот, на пересечении Фуксбергер-аллеи (сейчас Советский проспект) и Гендельштрассе (улица Генделя), город выторговал себе землю под новые постройки. Место было бойкое — напротив, через дорогу, с 1885 года стоял Кранцевский вокзал, соединивший железной дорогой город и балтийское побережье, — построенный ещё до сноса валов, перед полосой укреплений.

Полицайпрезидиум стал первым общественным зданием, которое выросло в когда-то запретной для строительства зоне возле бывших укреплений: прежде на этой земле строить ничего не разрешалось. Проект здания делали в Берлине, в строительном департаменте Министерства общественных работ: чертежи составил тайный верховный строительный советник Лаунер, общее руководство осуществлял тайный верховный советник Фюрстенау[11].

В августе 1912 года забили первые сваи. Работали споро — к 1 октября 1914 года здание было «в основном заселено», а в феврале 1915-го его официально передали заказчику — с опозданием против плана, но всё же. Обошлось строительство в 1 168 000 марок — по 19,30 марки за кубометр здания. Для сравнения: двадцатью годами ранее перестройка старого здания на Юнкерштрассе обошлась в 14,9 марки за кубометр — сказались время и начавшаяся война[11].

Красный дом с рельефом
Смотрелось новое здание достойно. Сложенное из красного полнотелого кирпича ручной формовки, отделанное ракушечником из Кирххайма — им облицованы фронтоны, а также выполнены обрамления дверных проёмов, карнизы и подоконники. Для придания фасадам, выходящим на улицу, большей выразительности, оконные проёмы оформлены штукатурными наличниками. Цоколь здания со стороны улиц облицован гранитом. Небольшие башенки на крыше и надстройки башен покрыты медью.

Мансардный этаж выполнен огнестойким, с применением стальных конструкций — это было сделано с учётом запланированного в будущем обустройства здесь рабочих кабинетов. Кровля покрыта серой черепицей (довольно нестандартный цвет для здешних мест, неправда ли?). Колонны в вестибюле и столбы в помещении отдела регистрации населения изготовлены из гранита[11].
«Кирххаймский ракушечник» — Kirchheimer Muschelkalk. Название говорящее: Muschelkalk — «мушельный известняк», в немецкой геологии так зовут целую эпоху триасового периода. Около 240 миллионов лет назад на месте нынешней Центральной Европы плескалось тёплое мелкое море, донные осадки его затем превратились в пласты камня, полные раковинами моллюсков и брахиопод — в иных образцах их видно невооружённым глазом.
Добывали этот строительный материал возле городка Кирххайм под Вюрцбургом, во Франконии, без малого в тысяче километров от Кёнигсберга. Пласты его залегают мощными правильными блоками: камень выламывается ровными прямоугольниками, легко режется и держит тонкий профиль резьбы. Плотный и почти не впитывающий воду, этот известняк не боится морозов — для кёнигсбергского климата качество важное. В Восточной Пруссии светлого облицовочного камня не было вовсе: местные валуны годились лишь для фундаментов да мощения дорог, а все светлые детали — от порталов до карнизов — заказывали «на стороне». Так ракушечник триасового периода из франконского моря переселился на балтийский берег как показатель престижа строящегося объекта, благо здание строилось за казённые деньги…
Скульптор Станислаус Кауэр, зная податливость кирххаймского ракушечника резцу, тоже не отказался от того, чтобы поработать с этим материалом, и выполнил для украшения входного портала в здание четыре фигуры-аллегории и рельеф с головой античного воина в шлеме[7].

Внутри дом был устроен по-деловому. В отдельном флигеле вдоль юго-западной границы участка находилась тюрьма, при ней — квартира надзирателя. Ещё четыре служебные квартиры с отдельными входами — президента, чиновника среднего звена, завхоза и кочегара — выходили окнами на тихую Гендельштрассе. Лестницы в здании были выполнены из железобетона.

Гардеробная, как ни удивительно, располагалась в мансардном этаже. Внутренняя отделка была выполнена в лаконичном стиле, богато оформленными оказались лишь вестибюль, главная лестница и зал заседаний.
Для душевых, предназначенных для сотрудников охраны, а также для врачебных кабинетов и квартиры президента, была предусмотрена система горячего водоснабжения. Здание было электрифицировано, а для приготовления пищи кухня была подключена к газовой сети[11].
1933–1945
В 1933 году у полиции в здании появились соседи. Наряду с полицайпрезидиумом в здании разместилось отделение тайной государственной полиции (гестапо) округа Кёнигсберг, вскоре ставшее главным управлением всей провинции[5][6]. Отсюда, с Генерал-Литцманн-штрассе (бывшей Фуксбергер-аллеи), политические дела велись до 1945 года[6]. Во время войны здание пострадало, но выстояло. Поэтому городская легенда, именующая всё здание «управлением гестапо», угадала адрес — но сильно преувеличила масштаб.
«Гестапо» — не отдельная служба рядом с полицией и не партийный орган вроде СС или СД, а просто разговорное название тайной государственной полиции, Geheime Staatspolizei, — политической ветви собственно полицейского аппарата. Само сокращение придумала не полиция, а почта: некий клерк сократил для почтового штемпеля длинное Geheime Staatspolizei до «Gestapo» — и оно прижилось[3].
Устроено оно было так: в Берлине, на Принц-Альбрехт-штрассе 8, находилось центральное управление — до 1936 года оно называлось Geheimes Staatspolizeiamt, Gestapa, — а по провинциям сначала работали отделения, Staatspolizeistellen; с 1937 года главные из них стали зваться главными управлениями, Staatspolizeileitstellen. К сентябрю 1941 года таких контор по всему рейху и оккупированным землям насчитывалось 67 — из них 41 в самой Германии, остальные на оккупированных территориях. Кёнигсбергская контора была главным управлением для всей провинции Восточная Пруссия[5][4].
До 1933 года политическими делами в полицайпрезидиумах занимался штатный политический отдел обычной полиции. Весной 1933-го Герман Геринг — прусский министр внутренних дел — вынес политическую полицию Пруссии из общего состава в самостоятельную тайную государственную полицию[5], а 30 ноября того же года она окончательно вышла из подчинения прусского министерства внутренних дел[8]. Кабинеты, сотрудники и дела политических отделов стали костяком новой службы — так что гестапо в кёнигсбергский полицайпрезидиум не «приехало», а выросло из старого соседа.
В 1936 году Gestapa переименовали в общегосударственное Gestapo[5][9], а в 1939-м оно вошло в состав Главного управления имперской безопасности (РСХА), где стало его IV управлением, тем самым, которым в «Семнадцати мгновениях весны» руководит «папаша Мюллер». Прототип у героя Леонида Броневого был подлинный: бывший баварский сыщик Генрих Мюллер возглавлял IV управление с октября 1939-го до конца войны.
Какие именно помещения в здании полицайпрезидиума занимало кёнигсбергское гестапо, источники не сообщают — известен лишь сам факт совместного размещения полиции и гестапо.
После войны
Послевоенный ремонт изменил внешний вид здания весьма существенно, что особенно заметно при взгляде на современную крышу: исчезли все башенки, крыша оказалась сильно упрощена, убрали четыре фигуры-аллегории над порталом, созданные Станислаусом Кауэром. Рельеф Кауэра, как ни удивительно, уцелел и висит над главным входом в здание до сих пор — уже отреставрированный[12].

В первые послевоенные годы здание заняли органы госбезопасности: сначала НКВД, затем КГБ, а с 1990-х здесь располагается Управление ФСБ России по Калининградской области[13]. Кирпичную кладку зачем-то закрасили: сначала коричнево-красным грунтом, а с 1996 года — ярко-красной краской, отчего дом из благородного стал почти кричащим[12].

Что сейчас?
С 2007 года здание числится объектом культурного наследия регионального значения. В 2015–2016 годах его отреставрировали: стены очистили от краски, крышу и карнизы привели в порядок, восстановили портал с рельефом и балкон правого крыла[12].
А вот старый «нуммер зихер» на Юнкерштрассе не пережил ни войны, ни расчистки руин: квартал у Королевского замка выгорел в 1944–1945 годах, а в 1960-е руины снесли. Сегодня от того полицайпрезидиума не осталось даже фундамента — ни стен, ни той самой лепнины XVIII века.
Новый же дом стоит, где стоял. И пусть время не пощадило отдельных деталей, но сами стены дожили до наших дней — и по-прежнему смотрят на вокзал, с которого отдыхающие уезжают в Зеленоградск, бывший когда-то Кранцем.

Источники:
- Armstedt R., Fischer R. Heimatkunde von Königsberg i. Pr. — Königsberg, 1895. — S. 62–63.
- Boetticher A. Die Bau- und Kunstdenkmäler der Provinz Ostpreußen. Heft VII: Königsberg. — Königsberg, 1897.
- Diels R. Lucifer ante portas: es spricht der erste Chef der Gestapo. — Stuttgart: Deutsche Verlags-Anstalt, 1956.
- Die Juden in den geheimen NS-Stimmungsberichten 1933–1945 / Hrsg. von O. D. Kulka, E. Jäckel. — Düsseldorf: Droste, 2004.
- Geheime Staatspolizei; Staatspolizeileitstelle Königsberg // European Holocaust Research Infrastructure (EHRI). URL: https://portal.ehri-project.eu/units/de-002409-r_2
- Gestapo Königsberg // Database of Deportation Agencies, Yad Vashem. URL: https://web.archive.org/web/20170216085417/http://db.yadvashem.org/deportation/agencyDetails.html?language=en&itemId=9297338
- Mühlpfordt H. M. Königsberger Skulpturen und ihre Meister 1255–1945. — Würzburg: Holzner, 1970.
- Verordnung über die Übertragung der Zuständigkeiten auf dem Gebiet der politischen Polizei vom 30.11.1933. URL: https://histox.de/1933-11-30G_Gestapo
- Vor 85 Jahren: Nazis bauen Macht der Gestapo aus // Hintergrund aktuell. — Bonn: Bundeszentrale für politische Bildung. URL: https://www.bpb.de/kurz-knapp/hintergrund-aktuell/280733/vor-85-jahren-nazis-bauen-macht-der-gestapo-aus/
- Zentralblatt der Bauverwaltung. — Berlin, 15.06.1895. — Nr. 24.
- Zentralblatt der Bauverwaltung. — Berlin, 27.01.1917. — Nr. 9.
- Кёстер Б. Кёнигсберг. Сегодняшний Калининград. — Калининград: Живём, 2022. — С. 126.
- Федеральная служба безопасности Российской Федерации. Руководители Управления ФСБ по Калининградской области // официальный сайт УФСБ России по Калининградской области (архивная копия). URL: https://web.archive.org/web/20080206134009/http://www.kaliningrad.fsb.ru/history/boss.html